Беспокойство — это еще не любовь, дети: развитие и воспитание, дети от 7 до 13

Но все равно выслушайте
меня. В последнее время я чувствую себя участником соревнования, в котором
невольно участвую. Оно называется «Кто больше любит своего ребенка?». И я вижу,
что проигрываю — конечно, если единственным способом победить здесь является
беспокойство за ребенка.

Все началось на церковном
карнавале. Моя дочь, достигшая 4-летнего возраста, нашла одну из каруселей, для
которой она имела достаточный рост. Это такая карусель, где вы сидите на
«животном», которое поднимается и опускается, двигаясь при этом вокруг
центральной оси карусели. Каждый раз, когда моя дочь проезжала мимо меня на
своем летящем единороге — примерно каждые 30 секунд — она радостно махала мне,
и кричала: «Я здесь, мама!».

Беспокойство - это еще не любовь

Рядом со мной оказалась знакомая
женщина. «Мои мальчики постоянно просят меня покататься на карусели, — сказала она
вместо приветствия. — Но я говорю им, чтобы и не думали об этом. Я никогда не
позволю им кататься на этой карусели». Она явно содрогнулась.

«Лиля катается уже в
четвертый раз», — ответила я, не отрывая глаз от радостного лица моей маленькой
дочери.

Знакомая покачала головой.
«Мне бы стало плохо, окажись там мои дети. Это выглядит очень опасно. И
посмотрите на парня, который управляет каруселью». Хотя он и не был самым
привлекательным мужчиной из тех, которые встречались мне, но, похоже, что свою
работу он выполнял прекрасно.

Несколько месяцев спустя я
разговаривала с женщиной, ожидая приема у педиатра. Темой разговора стали дни
рождения без родителей, и я изложила свою точку зрения: они восхитительны, и я
не могу дождаться того дня, когда моя младшая дочь достаточно повзрослеет для
них. Для меня это означает полтора-два часа свободного времени, которые, отвезя
дочь, я смогу потратить на личные дела. Женщина сказала мне, «Мне не очень
нравятся такие самостоятельные дни рождения. Я очень беспокоюсь. Я никогда не
прощу себя, если что-то произойдет с моей дочерью, когда меня не будет там».
Вам нужен перевод? Лучшая мама использует это время для того, чтобы быть в
полной готовности, когда ее ребенок вовлечен в такую опасную деятельность, как
прыжки в надувном домике, раскраска лица или поедание пиццы.

Возвращаясь к сцене
прошлого лета, я упомянула встреченной мной женщине, что мои дети посещают
дневной лагерь на городском пруду. Ее реакция: «Я вряд ли заснула, если бы мои
дети пробыли у пруда весь день без меня». Но, находясь среди охранников и
консультантов лагеря, мои дочери были под наблюдением более чем двух десятков
сотрудников. У них появились новые друзья, они с каждым днем лучше плавали. Я
вполне могла спокойно спать.

Беспокойство - это еще не любовь

Самый тяжелый момент этого
соревнования пришелся на дни после трагических событий в школе «Санди Хук»,
когда бурлила вся страна. Как родитель, я испытывала такую печаль, которой не
ощущала никогда. В социальной сети Facebook поднялась дискуссия, вызванная обсуждением одной
из мамаш нашего города простоты попадания в нашу начальную школу — мол, для
этого достаточно только заявить о своих намерениях («Помощь в классе»), и вас
пропустят через запертую дверь. Но секретарь вначале смотрит на видеомонитор,
написала я. Разве мы не можем предположить, чтобы она пропускала вас, потому
что узнает вас? Многие ответили, что нет, этого недостаточно. Женщины начали
предлагать решения: от пуленепробиваемых стекол и решеток на окнах до личного
обыска при входе. После того, как я спросила, действительно ли необходимы такие
жесткие меры безопасности, одна из участниц дискуссии написала: «Если вам
нечего скрывать, и вы хотите лучшей безопасности наших детей, то вы не должны
возражать против дополнительных мер безопасности». Многие ее активно
поддержали.

У меня было чувство, что
мне дали пощечину. То есть, если я против определенных мер безопасности, это
потому, что я не хочу лучшего для своих детей?

Я заставила себя прекратить
читать эту ветвь. Но мои печальные и гневные эмоции помогли мне найти слова для
своих ощущений во время этих общения. Мне стало ясно, что большинство мам,
похоже, верят в существование связи между силой беспокойства о своих детях, и
степенью любви к ним.

Я отвергаю эту веру. Я
вполне осознаю все опасности, с которым встречаются наши дети. Я редактор
рубрики здоровья в журнале Parents («Родители»), и поэтому я провожу много времени,
редактируя статьи о болезнях и травмах детей. Я читаю медицинские исследования,
я посещаю конференции, я общаюсь с учеными. И я регулярно выслушиваю родителей,
чьи дети получили тяжелые травмы, сильно болели, или даже умерли. Другими
словами, мои глаза открыты на все, что может случиться с ребенком, будь это
генетические отклонения, или инцидент с педофилом. Я часто чувствую себя
напуганной всем тем, что может принести ужас в нашу жизнь. Я испытываю
благодарность, и даже удивление по поводу безоблачной судьбы моей семьи. Но я
не должна замереть на месте. Я не могу мучить себя всеми этими «А что, если?».
Я не хочу наполнять своих дочерей страхами или собственным беспокойством. Я
делаю все, что могу, чтобы мои дети были здоровыми, и находились в
безопасности, но я должна позволить им вести нормальную жизнь.

Беспокойство - это еще не любовь

Поэтому я разрешаю им посещать
подходящие карнавальные шествия. Я отвожу их на дни рождения, и оставляю их
одних — теперь, когда я чувствую, что они достаточно подросли для этого. Я
разрешаю им плавать в то время, когда сама я нахожусь на работе. И хотя это
противоречит школьной политике, я даже придерживаю двери открытыми для
знакомого родителя, которого я знаю еще с тех пор, когда наши дети были вместе
в подготовительном классе.

Ни один аспект воспитания
детей не должен носить характера соревнования. Давайте предположим, что все мы
любим своих детей в той степени, в какой одно человеческое существо способно
любить другое. Мы можем отличаться в том, как много мы беспокоимся о них, но
это никого не делает лучшей мамой.

Источник: http://www.medkrug.ru/article/show/bespokojstvo_jeto_eshhe_ne_ljubov

Комментировать